Menu

История Франции



Франция в 1980-е годы ----- ФРАНЦИЯ В КОНЦЕ ХХ ВЕКА ----- Франция в начале ХХI века

Внутриполитическое развитие Франции в 1990-е годы

Несмотря на успешный итог обеих избирательных кампаний 1988 г., в рядах ФСП усиливались центробежные тенденции. М. Рокару удалось упрочить свои позиции в партии за годы «сосуществования» и сформировать многочисленное течение неолиберального толка. При поддержке авторитетного функционера партии П. Береговуа, Рокар даже ставил вопрос о коалиции с центристскими группировками из левого крыла СФД. Миттеран был вынужден предложить своему оппоненту пост премьер-министра, но фактически снял с себя ответственность за действия правительства. В качестве альтернативы рокаровской группировке в СФП обособилось левое крыло под руководством Ж.-П. Шевенмана, выступающее за сохранение марксистской идеологической платформы. Сторонники Миттерана в партии раскололись на две группы. Толчком к этому стали выборы председателя ФСП в 1988 г., на которых П. Моруа одержал победу над протеже президента Л. Фабиусом. Раскол усугубился на партийном съезде в 1990 г., где оппонентом Фабиуса выступил министр образования, молодежи и спорта Леонель Жоспен, поддержанный Моруа. Течение Л. Фабиуса настаивало на соблюдении тактики президента – быть вне противостояния левых и правых, составлять «ось большинства».

С осени 1990 г. в ФСП активизировалась антирокаровская оппозиция. Ее лидером выступила Эдит Крессон, демонстративно покинувшая состав правительства в знак несогласия с экономической политикой Рокара и Береговуа. Крессон была одним из «адъютантов» Миттерана, входила в его ближайшее окружение еще в ФСДЛ. Несмотря на достаточно неудачный опыт министерской деятельности в кабинетах Моруа и Фабиуса, именно в Крессон президент видел фигуру, способную придать энергичность левому правительству и одновременно укрепить в партии его собственные позиции.

Эдит Крессон  - премьер-министр Франции в 1991-1992 г.г. 15 мая 1991 г. Крессон заняла пост премьер-министра, выдвинув амбициозную программу развития французской промышленности. Некоторые ее идеи фактически повторяли жесткую риторику голлистов десятилетней давности. Крессон заявляла о необходимости протекционистской защиты французских высокотехнологичных отраслей и агрессивной торговой экспансии в Европе и третьем мире. В составе правительства, из которого были изгнаны рокаровцы, она предполагала создать «суперминистерство экономики», способное стать «верховным командованием для ведения экономической войны». Крессон поддержала идею «ползучей приватизации», санкционировав в 1991 г. продажу государственными предприятиями своих филиалов частным компаниям. Особой гордостью премьер-министра был план развития средних и малых предприятий, весьма схожий с действиями Тэтчер и Рейгана. Но французской «железной леди» из Крессон не получилось. Ее амбиции вызывали раздражение у общественности. В конце года ее рейтинг составлял лишь 20 %, у самого Миттерана немногим больше – 25 %. Не усилили позиции социалистов ни принятие в декабре 1991 г. новой программы с возрождением социалистической риторики, ни избрание в январе 1992 г. председателем партии Л. Фабиуса.

Снижение популярности ФСП отчетливо проявилось на региональных выборах в марте 1992 г. Социалисты получили лишь 18 %, тогда как СФД и ОПР, объединившиеся еще в 1990 г. в конфедерацию «Союз за Францию» – 30 %. Коммунистов поддержали лишь 8 % избирателей, столько же проголосовали за экологистов и избирательный блок «Охота, рыбалка, природа и традиции». Нового успеха добились лепеновцы (14 %).

Последним козырем Миттерана стало назначение на пост премьер-министра в апреле 1992 г. Пьера Береговуа, который, несмотря на кратковременное сближение с Рокаром, относился к миттерановскому течению в ФСП. Береговуа сыграл огромную роль в идеологическом дрейфе ФСП после провала «левого эксперимента» и был одним из наиболее профессиональных министров в кабинетах Фабиуса, Рокара и Крессон. Задачами своего правительства он объявил борьбу против безработицы, продолжение частичной приватизации для укрепления государственной финансовой базы, подготовку ратификации Маастрихтского договора. Но шансов предотвратить разгром ФСП на предстоявших парламентских выборах он уже практически не имел. Провал политики социалистов был очевиден. Продолжался рост безработицы. За три последних года дефицит государственного бюджета вырос с 90 до 165 млрд. франков. Промышленный рост находился почти на нулевой отметке.

Пьер Береговуа  - премьер-министр Франции в 1992-1993 г.г. Выборы в Национальное собрание, состоявшиеся в марте 1993 г. принесли триумфальный успех правым партиям, которые отказались от былого радикализма и построили свою программу на беспроигрышных лозунгах «ответственности» и «доверия», умеренных реформ, борьбы против социального неравенства и безработицы, преступности и терроризма. 247 депутатов от ОПР и 213 от СФД при поддержке 24 присоединившихся составили огромное большинство – 484 из 577. ФСП сохранила лишь 54 мандата, ФПК – 26. Мажоритарная система выборов не позволила получить места в парламенте лепеновцам и экологистам, хотя в первом туре их поддержало 12,4 % и 7,6 % избирателей. Выборы прошли при беспрецедентной пассивности граждан. В них приняли участие лишь 30,8 % избирателей. Кризис «четырехпартийной модели» был очевиден. Левый лагерь «лежал в развалинах». В ФКП произошла смена руководства. Новый генеральный секретарь Робер Ю взял курс на радикальную смену программных ориентиров и имиджа партии, обрекая ее на неизбежный раскол и уход тысяч сторонников традиций Тореза и Дюкло. ФСП в 1993 г. также покинула группировка левых под руководством Ж.-П. Шевенмана. Многочисленные противники Рокара расценили это как путч, а его предложение о формировании новой левоцентристской коалиции с экологистами и коммунистами-реформаторами вызвало острый конфликт с Миттераном. Распри в партии и сокрушительное поражение на выборах привели к самоубийству 1 мая 1993 г. П. Береговуа.

Однако кризис «традиционных партий» продолжался. Конец 1990-х гг. во Франции ознаменовался серией громких политических скандалов. Престижу ФСП изрядно навредило обнародование сведений о личных распоряжениях Миттерана по организации противозаконных прослушиваний телефонных разговоров политических противников. Миттерановский министр обороны Шарль Эрню был разоблачен как агент болгарской, румынской и советской разведок. В декабре 2000 г. в тюрьму был заключен сын Миттерана Жан-Кристоф, обвиненный в «торговле влиянием», а в январе 2001 г. начался суд над бывшим министром иностранных дел и личным другом Миттерана Роланом Дюма, обвиненным в получении взяток. Лидеры ФКП Ж. Марше и Р. Ю оказались втянуты в судебные разбирательства о нелегальном финансировании партии. Несмотря на удачное завершение этого дела, партия оказалась на грани банкротства.

В 1999 г. достаточно неожиданно последовал раскол Национального фронта. Ему предшествовало отлучение решением суда на год от полити¬еской деятельности Ле Пена (наказание за драку в ходе предвыборных дебатов с оппоненткой из ФСП). Изоляция Ле Пена спровоцировала избрание президентом НФ Бруно Мегре. Сторонники Ле Пена отказались признать эти выборы. В состоянии кризиса оказалась и коалиция «За Францию». В преддверии новых муниципальных выборов СФД отказался сохранить прежнее соглашение о единых действиях.

Жискар д'Эстен в мае 2000 г. выступил с инициативой радикальной конституционной реформы с сокращением до 5 лет срока полномочий президента и уменьшением его прерогатив. Это предложение поддержали депутаты правительственного большинства. ОПР попыталась отсрочить решение вопроса и перенести его на общенациональный референдум.

Ответным ударом со стороны президентской команды стало втягивание парламента в дискуссии о различных аспектах конституционной реформы. Жоспен допустил серьезную ошибку, настаивая на предоставлении Корсике национально-политической автономии (подобная практика конституцией Пятой республики не учтена). В знак протеста в отставку подал министр внутренних дел Ж.-П. Шевенман, левый социалист по убеждениям и этатист по политической философии. Парламент оказался на грани роспуска. Для предотвращения кризиса Жоспен попытался инициировать в декабре 2000 г. конституционную реформу о переносе сроков выборов таким образом, чтобы президентские выборы обязательно предваряли парламентские. Этот проект вызвал резкую критику со стороны Ширака. Этап «мирного сосуществования» завершился.

История Франции:
История Франции: полный курс






Социально-экономическое развитие Франции в конце ХХ века

Правительство Рокара пыталось избежать резких поворотов социально-экономического курса. Такая политика, не отдававшая предпочтение ни развитию частного бизнеса, ни восстановлению позиций государственного сектора, получила название «ни – ни». Правительство отказалось от реприватизации, продолжило курс на внедрение государственных предприятий в рыночную инфраструктуру. В 1989 г. государственные страховые кампании получили право эмиссии акций и продажи через них частным инвесторам до 25 % капитала. В начале 1991 г. государственным промышленным предприятиям было предоставлено право открывать частным инвесторам до 49,9 % капитала. Правительство восстановило налог на крупные прибыли, но не стало существенно расширять социальные программы и увеличивать уровень заработной платы. Рокар считал сохранение низкого уровня инфляции важнейшим фактором экономического роста.

Умеренный курс правительства Рокара вызывал критику, как со стороны правых партий, так и в самой ФСП. Оппозиция особенно активизировалась с .1990 г., когда начали проявляться признаки очередной рецессии. Экономическая ситуация во Франции начала ухудшаться отчасти из-за мировой конъюнктуры, отчасти – вследствие явного недостатка деловой активности. Слишком жесткая дефляционная политика, отказ от использования денежных механизмов для активизации рынка «заморозили» французскую экономику, спровоцировали инерционность инвестиционного рынка. Как следствие, хронической проблемой стала безработица. Даже по официальным данным уровень ее превысил уже 3 млн. человек. Реакцией населения стало заметное повышение нормы личных накоплений, стремление сократить потребление, что становилось дополнительным фактором рецессии.

Социально-экономическое развитие Франции в конце ХХ века В 1993 году, после выборов в парламент, правительство правого большинства возглавил Эдуард Валадюр, более десяти лет являвшийся советником Ширака по проведению избирательных кампаний. Ширак остался лидером коалиции, но готовился к президентским выборам. Валадюр объявил приоритетной задачей правительства борьбу с безработицей и спасение системы социального страхования, находящейся на грани банкротства. Для обеспечения финансовой базы такой политики правительством был выпущен государственный заем, собравший 110 млрд. франков, повышены косвенные налоги на бензин и спиртное, налог «на социальные нужды» (которым облагаются все виды доходов), начата кампания по экономии расходов на государственный аппарат. Важную роль в увеличении доходной части бюджета сыграла вторая волна приватизации. Она началась с лета 1993 г. и охватила значительную часть государственного сектора. Но в отличие от приватизации 1986–1987 гг. происходила не тотальная распродажа, а структурная реформа государственного сектора – сосредоточение в нем предприятий, связанных с системой общественных услуг. Правительство отказалось от формирования «твердых ядер», сняло ограничение на покупку акций зарубежными инвесторами из стран ЕС, ввело практику оплаты акций в рассрочку и не пыталось форсировать темпы приватизации.

Принятые меры позволили сократить бюджетный дефицит и создать новые рабочие места (преимущественно в сфере капитального и жилищного строительства). Для поощрения роста занятости правительством был также сокращен налог на фонд заработной платы. Часть средств была аккумулирована в специальном «Фонде солидарности», созданном для поддержки системы страхования по безработице. Одновременно правительство предприняло жесткие меры по ограничению иммиграции, борьбе против занятости незаконных иммигрантов. Все эти меры вызывали большую общественную поддержку. В пользу правительства говорили и экономические показатели 1994 г. – снижение уровня инфляции до 1,8 % в год, заметное сокращение безработицы, рост ВВП почти на 2,9 %, сокращение бюджетного дефицита. Французам импонировал личный имидж премьер-министра, его спокойствие, уверенность, ироничность и даже знаменитые красные носки. В 1994 г. Валадюр рассматривался уже как основной кандидат на победу на будущих президентских выборах.

Валадюр окончательно заявил об участии в предвыборной гонке в декабре 1994 г., когда стало известно об отказе баллотироваться основного кандидата от ФСП Ж. Делора. Выдвижение в феврале 1995 г. кандидатом от ФСП Л. Жоспена не воспринималось в качестве серьезной альтернативы. Соперничество же Валадюра и Ширака приобрело совершенно неожиданный поворот. Валадюр опирался в своей кампании на достижения правительства и обещал избирателям продолжение прежнего курса. Первоначально он явно лидировал по опросам общественного мнения. Становясь аутсайдером, Ширак решился на рискованный маневр – он резко сменил ориентиры предвыборной программы и предстал перед избирателями едва ли не в роли левого кандидата. Лейтмотивом избирательной кампании Ширака стала острая критика правительства, упреки Валадюра в иммобилизме и самоуспокоенности, акцентирование внимания избирателей на злободневные проблемы французского общества. Ширак уверенно привлекал симпатии молодежи и «протестного электората».

Первый тур выборов принес победу Жоспену (23,3 %). Но этот успех был обусловлен в большей степени расколом правого электората. Часть избирателей ОПР даже проголосовала за социалиста, чтобы избежать «братоубийственного» второго тура Валадюр – Ширак. В этой паре нелегкую победу одержал Ширак. Он получил 20,6 %, Валадюр – 18,5 %. Еще 15 % избирателей проголосовало за Ле Пена, 8,7 % – за Робера Ю. Ширак завоевал пост президента, но дорогой ценой. Уже вскоре ему пришлось нести ответственность за популистские обещания.

Социально-экономическое развитие Франции в конце ХХ века Сосредоточив свои усилия на внешнеполитической сфере, Ширак доверил проведение экономической и социальной политики главе правительства Аллену Жюппе, стойкому приверженцу либерализма и технократизма. Правительство заявило о необходимости дальнейших усилий по ликвидации бюджетного дефицита и государственного долга, стабилизации валютно-финансовой системы, реорганизации государственного сектора. Помимо продолжения приватизации, увеличения налогов и дерегламентации трудовых отношений предполагалось пересмотреть многие аспекты социальной политики. Однако уже первый правительственный проект по сокращению социальных гарантий (сокращению пособий по безработице и пенсионных выплат) вызвал острое недовольство общества. Его автор, министр экономики и финансов Ален Мадлен был уволен в августе 1995 г. во избежание массовых акций протеста. Тем не менее, предотвратить кризис не удалось. Опубликование осенью 1995 г. плана Жюппе по увеличению срока выплат в пенсионный фонд государственных служащих и отмене части их социальных льгот вызвало новую волну протестов. Невзирая на обострение обстановки, Жюппе объявил о начале структурной перестройки и частичной приватизации Национальной компании железных дорог. Ответная забастовка железнодорожников и солидарные с нею выступления рабочих других отраслей поставили в ноябре 1995 г. Францию на грань острейшего политического кризиса. Правительству пришлось пойти на уступки, отказавшись от проекта реформы и начав диалог с профсоюзами о его корректировке.

В 1996 г. экономические реформы правительства Жюппе носили умеренный характер и были связаны преимущественно с продолжением приватизации, разработкой правового статуса свободных экономических зон, сокращением военных расходов. Парламент принял ряд законов о поощрительных выплатах частным предпринимателям за наем молодежи на работу и за возвращение на работу сокращенного персонала. В то же время проблема финансового оздоровления оставалась нерешенной. В преддверии ввода евро и формирования «первого эшелона» Европейского валютного союза был необходим прорыв в этом направлении, достичь который можно было лишь ценой непопулярных мер. В такой ситуации Ширак решился на чрезвычайно рискованный шаг – досрочный роспуск парламента. Президент рассчитывал на то, что, даже потеряв часть депутатских мест в Национальном собрании, правые смогут получить новый вотум доверия избирателей и приступить к более решительному реформированию французской экономики и социальной системы. Выборы, состоявшиеся в мае–июне 1997 г., принесли совершенно неожиданный результат. Правящие партии потерпели сокрушительное поражение, сохранив лишь 250 мандатов. Лидер социалистов Л. Жоспен подтвердил, что его относительный успех на президентских выборах не был случайностью. Социалистическая партия с 252 депутатскими мандатами при поддержке коммунистов (39 депутатов) и экологистов (7 депутатов) получила возможность образования правительственного большинства. Успех ФСП был связан отчасти с общественным недовольством курсом правительства Жюппе, отчасти – с грамотно и активно проведенной избирательной кампанией. Жоспену удалось после долгого времени консолидировать левый блок и заключить соглашение с коммунистами о сотрудничестве во втором туре. Голосовать против правых кандидатов во втором туре призвал своих сторонников и Ле Пен. Наконец, к поддержке левых склонился и центристский электорат. Становилась очевидной новая тенденция политической жизни Франции. После ухода СФД на правый фланг центристские избиратели все чаще голосовали не за определенную партию, а за установление «сосуществования» как своеобразную систему «сдержек и противовесов» в лице соперничающих президента и премьер-министра.

Примером гибкого использования методов государственного регулирования стала налоговая политика правительства. Несмотря на сопротивление правой оппозиции, Жоспен добился в 1997 г. беспрецедентного повышения налога на прибыль крупных предприятий (на 15 %) и прямого изъятия нескольких миллиардов франков с «замороженных» счетов государственных кампаний. Эти меры позволили снизить уровень бюджетного дефицита и привести его в соответствие с требованиями процедуры перехода к европейской валютной системе. Но уже в 1998 г. последовало снижение налогового бремени, что поддержало рост деловой активности.

Успеху Жоспена способствовало начало циклического подъема (уже в 1997 г. был отмечен рекордный рост промышленного производства – на 6,7 % против 1,7 % в 1996 г.), оживление внутреннего спроса, благоприятная мировая конъюнктура. В такой благоприятной ситуации Жоспен получил возможность использовать радикальные способы борьбы с безработицей. Значительно расширились общественные работы. С 2000 г. вступил в силу закон о 35-часовой рабочей неделе, запрещающий любые сверхурочные работы. Это способствовало повышению себестоимости французских товаров, но принесло не менее 100 тыс. новых рабочих мест. В целом же правительство Жоспена сумело снизить безработицу более чем на 10 %. Стабилизация экономического положения Франции и корректные взаимоотношения Ширака с Жоспеном снизили политическую напряженность в стране.




Внешняя политика Франции в конце ХХ века

На рубеже 80–90-х гг. французская дипломатия столкнулась с рядом новых проблем. Развал социалистического содружества и кризисные процессы вызвали неоднозначную реакцию в Париже. Поддерживая процессы демократизации, Миттеран принципиально выступал против любых проявлений сепаратизма и национализма. Именно поэтому французская дипломатия упорно поддерживала горбачевское руководство в СССР и «не замечала» растущее влияние российского президента Б. Ельцина. В 1992 г. Ельцин совершил официальный визит во Францию. В ходе переговоров обе стороны подтвердили стремление развивать «отношения согласия, основанные на доверии, солидарности и сотрудничестве». Но настороженность Парижа по отношению к новому российскому режиму сохранилась. Это было продемонстрировано в период политического кризиса в Москве в 1993 г.

Схожую позицию официальный Париж занял и в период дезинтеграции Югославии. Французская дипломатия сохраняла достаточно позитивное отношение к Сербии даже после начала вооруженных конфликтов на территории бывшего союзного государства. Во время войны в Боснии Миттеран решительно настаивал на действии миротворческих сил строго в рамках их мандата и недопущении втягивания их в военные действия. Невзирая на опасность, Миттеран даже лично посетил осажденный Сараево.

Югославский конфликт 1998 г. Бомбардировки Белграда Распад СССР и Югославии заставил существенно скорректировать внешнеполитическую стратегию Франции. Требовали осмысления и другие тенденции развития системы международных отношений. Продолжалось быстрое падение значимости в мировой политике ядерного фактора – важного аргумента французской дипломатии последних десятилетий. Все более неопределенными становились отношения в системе «Север – Юг». Франция пыталась сохранить свое влияние в африканском регионе, направляя сюда более 60 % всей помощи, оказываемой развивающимся странам, и не отказываясь от военного присутствия. В Чаде Париж активно поддержал смещение X. Хабре в 1990 г. и по просьбе нового президента Идрисса Деби даже увеличил численность своего миротворческого контингента. Но эти усилия уже не имели прежнего эффекта с точки зрения глобальной политики. Африка притягивала все меньший интерес мирового сообщества.

Миттерану пришлось определять место Франции в новой системе международных отношений, характеризующейся быстрым ростом влияния США и НАТО, нарастанием угрозы локальных конфликтов. Уже война в Персидском заливе наглядно продемонстрировала выросшую степень зависимости внешней политики европейских держав от действия Вашингтона. Франция была вынуждена участвовать во всех действиях антииракского альянса, хотя традиционно была связана с Ираком прочными экономическими и военно-политическими отношениями. Уже в ходе кампании Франции пришлось отказаться под жестким давлением со стороны американского правительства от своего плана участия в военных действиях, ограниченного лишь освобождением территории Кувейта.

В последующие годы Миттеран попытался занять более независимую позицию. В отношениях с США началось заметное охлаждение. Уже в 1991 г. французский президент демонстративно заявил о нежелательности участия США в решении европейских проблем, включая помощь бывшим соцстранам. В 1992 г. Франция и США оказались в состоянии ожесточенной «торговой войны». Идя на встречу антиамериканским настроениям, французское правительство заявило, что наложит вето на любое соглашение ЕЭС с США, которое будет противоречить ее экономическим интересам. Символичным выглядело налаживание в 1992 г. конструктивных отношений Франции с Кубой. Франция критически отнеслась к изменениям в натовской доктрине «гибкого реагирования», решению о формировании многонациональных сил НАТО и перспективе расширения НАТО на Восток. Лишь в 1994 г., когда Миттеран начал постепенно отдавать инициативу голлистам, Франция поддержала программу «Партнерство во имя мира» и активизацию контактов альянса с восточноевропейскими странами.

Европейское направление оставалось приоритетным для Миттерана. Именно в контексте европейского интеграционного процесса Франция могла сохранить статус мировой державы. Миттеран внес значительный вклад в переговорный процесс о формировании Европейского союза и подписание Маастрихтских соглашений. Ему пришлось преодолеть огромное сопротивление и в самой Франции. Французская политическая элита и все общество раскололись в своем отношении к проекту углубления интеграции. Федералистские настроения объединили представителей СФД, часть ОПР во главе с Валадюром и Шираком, большинство членов СФП и экологистов. Против Маастрихтского договора выступили этатисты из ОПР, левые социалисты из группы Шевенмана, многие коммунисты и лепеновцы. На общенациональном референдуме в сентябре 1992 г. договор о ЕС был ратифицирован с перевесом в 500 тыс. голосов (51 % «за» и 49 % «против»).

Смена политического руководства Франции в середине 90-х гг. первоначально привела к существенной корректировке внешнеполитического курса. Одним из первых шагов Ширака стало снятие моратория на испытания ядерного оружия. Франция активно возобновила интеграцию в военную структуру НАТО, а в начале 1996 г. даже заявила о намерении проводить переговоры о переходе национальных ядерных сил под общее командование. Но после победы на президентских выборах Ширак отказался от атлантического курса. Франция начала осуждать стремление США к гегемонии и попыталась вновь вернуться к европейским проектам обеспечения безопасности. В 1997 г. Франция поддержала инициативу Германии о превращении ЗЕС в сепаратную западноевропейскую военную систему. Несмотря на сложность этого проекта, Ширак упорно отстаивал его даже перед североамериканскими союзниками.

Визит Ж.Ширака в Китай Всю глубину французско-американских противоречий продемонстрировал югославский конфликт 1998 г. Париж без энтузиазма воспринял военную операцию НАТО и долгое время пытался предотвратить бомбардировки территории Сербии. Уже после окончания кампании американские генералы, не стесняясь в выражениях и эмоциях, публично обвиняли французских союзников в противодействии планам НАТО и, в частности, в длительном использовании права вето при обсуждении бомбардировок центра Белграда. Французская дипломатия, в свою очередь, активно проявила себя в ходе скандальных разбирательств последствий применения американцами в Косово боеприпасов с объединенным ураном.

Ширак продолжил усилия своего предшественника в области европейской интеграции. Несмотря на огромные экономические и политические осложнения, Франция настойчиво стремилась попасть в первую группу стран, формирующих валютный союз. Показательно, что, в отличие от ратификации Маастрихтского договора, это важнейшее решение уже не вызывало сколько-нибудь серьезных дискуссий. Новым аспектом европейской политики Франции в период президентства Ширака стало налаживание сотрудничества с Великобританией и некоторое охлаждение отношений с ФРГ. В целом же европейское направление не стало приоритетным для Ширака. Наибольшую активность он проявил в «экономической дипломатии».

Уже вскоре после прихода к власти Ширак поставил задачу использовать потенциал французской дипломатии для лоббирования национальной промышленности и торговли. Только в 1996 г. он совершил 15 официальных поездок в другие страны, каждая из которых сопровождалась прежде всего экономическими переговорами. Пресса присвоила президенту почетное звание «коммивояжера номер один», подсчитав, что из общей суммы контрактов, заключенных Францией в течение года (100 млрд. франков), не менее 16 млрд. являются личной заслугой Ширака. Особенно большой резонанс вызвал визит Ширака в 1996 г. в Японию, завершивший период весьма напряженных отношений двух стран. Символом их сближения стало объявление 1997 г. годом Японии во Франции, а 1998-го – Франции в Японии. Что особенно важно, Франция и Япония договорились не только о расширении двусторонних контактов, но и о кооперации в освоении рынков третьих стран. Столь же успешно Ширак провел переговоры с китайским премьер-министром, посетившим Париж в 1996 г. Ответный визит в Пекин Ширак нанес в 1997 г. С этого времени началось активное сотрудничество Франции и Китая в области космических технологий, строительства промышленных объектов, в авиастроении. Во имя экономических связей с КНР Франция даже не поддержала в 1997 г. резолюцию Комиссии ООН по правам человека с осуждением политики Китая в этой сфере.

С 1997–1998 гг. значительно активизировались связи Франции с арабскими странами. Во многом благодаря личному участию президента успешно завершились переговоры о продаже вооружений в Саудовскую Аравию, Объединенные Арабские Эмираты, Сирию. Ширак активно ратовал за возвращение Сирии оккупированных Голанских высот и за создание независимого палестинского государства. Отношения Франции с Израилем в этот период существенно ухудшились, а визит Ширака в Тель-Авив едва не привел к дипломатическому скандалу из-за попыток израильских спецслужб помешать неформальному общению Ширака с арабским населением.

Поддержав программы расширения НАТО и ЕС, Франция во второй половине 90-х гг. значительно упрочила свои позиции на востоке Европы. В 1997–1998 гг. французская дипломатия проявляла большую активность в закавказских республиках. Первоначально весьма позитивно развивались и отношения с Россией. Визит Ширака в Москву в сентябре 1997 г., совпавший с пиком «экономической дипломатии», прошел в исключительно благожелательном тоне. Российский президент поспешил придать отношениям с французским лидером видимость личной дружбы, чувствуя себя гораздо более комфортно в обществе «друга Жака», нежели рядом со «сфинксом» Миттераном. В том же стиле прошли встречи Ельцина и Ширака в 1998 г. в Подмосковье на трехстороннем российско-французско-германском саммите и на встрече «восьмерки» в Бирмингеме.

История Франции:
История Франции: полный курс




Франция в 1980-е годы ----- ФРАНЦИЯ В КОНЦЕ ХХ ВЕКА ----- Франция в начале ХХI века

История Франции
полный курс



Природные ресурсы Франции





Франция:
фотогалереи