Menu
Культура Франции XVIII в. Французское Просвещение ----- ФРАНЦУЗСКАЯ КУЛЬТУРА В XIХ ВЕКЕ ----- Французская культура в XIХ в.

ФРАНЦУЗСКАЯ КУЛЬТУРА В XIХ ВЕКЕ

ФРАНЦУЗСКАЯ КУЛЬТУРА В XIХ ВЕКЕ
Французская литература XIX века
Развитие французской литературы в конце XVIII века, в годы Великой буржуазной революции проходило под знаком революционного классицизма. Стиль речей ораторов и декретов Конвента, грандиозные национальные празднества, произведения поэтов, сочинявших оды, гимны и дифирамбы, — все это было пронизано духом подражания античности. В строгих формах античного искусства выражались идеалы гражданственности и патриотизма, воодушевлявшие деятелей буржуазной революции.

Одним из известных поэтов революции был Экушар Лебрен (1729—1807). В своих одах, написанных в духе Пиндара, он воспевает борьбу французского народа против феодальных владык и чужеземного деспотизма. Другой поэт эпохи Мари Жозеф Шенье (1764—1811) был автором гимнов, которые исполнялись в дни праздников, а также трагедий революционно-патриотического содержания.

Иной характер носила поэзия его брата — Андре Шенье (1762—1794), самого яркого французского лирика этого времени. В отличие от сурового классицизма якобинцев Андре Шенье видел в античном искусстве не только воплощение добродетели и свободы, но и торжество чувственного земного начала. В своих эклогах и элегиях он прославляет радости земной любви и наслаждение жизнью.

Франсуа Рене де Шатобриан (1768—1848) - французский писатель XIХ в. Первой ласточкой революционной драматургии была пьеса Мари Жозефа Шенье «Карл IX, или урок королям». Вслед за тем на сцене появляются и другие пьесы, прославляющие республиканцев и патриотов, бичующие королей и аристократию, религиозный фанатизм и невежество. Некоторые пьесы носили аллегорический характер (например, «Празднество Разума» Марешаля, «Празднество Верховного существа» Кювелье).

Основным направлением французской литературы первой трети XIX в. был романтизм. На раннем этапе его развития центральное место в романтическом движении занимал Франсуа Рене де Шатобриан (1768—1848), писатель, представлявший консервативное крыло этого движения. В годы революции Шатобриан — участник войн против французской республики, а в годы Реставрации — реакционный политический деятель. Все написанное им представляет собой полемику с идеями Просвещения и революции.

Его трактат «Дух христианства» (1802 г.) прославляет «красоту религии» и обосновывает мысль о том, что католицизм — прекраснейшая из религий — должен служить основой и содержанием искусства. В этот трактат автор включил две повести — «Атала» и «Рене», в которых он полемизирует с идеями великого французского просветителя Руссо. Шатобриан считал, что человек не может найти спасения на лоне природы, ибо и здесь он остается жертвой своих пороков и страстей. Спасение лишь в обращении к религии, к простодушной вере — такова мысль Шатобриана.

В противоположность Шатобриану Жермена де Сталь (1766—1817) была сторонницей либеральных идей и в течение ряда лет вела борьбу против Наполеона, изгнавшего ее из Франции. Она много сделала для обоснования принципов романтизма. В своей книге «О литературе» (1800 г.) она развивала мысль о зависимости литературы от общественной жизни народа. В романах «Дельфина» (1802 г.) и «Коринна» (1807 г.) писательница защищает право женщины на свободу чувства и показывает столкновение человеческой личности с устоями буржуазно-дворянского общества.

К линии, которая была начата Шатобрианом, примыкает творчество Альфреда де Виньи (1797—1863), автора поэм и драм, а также исторического романа «Сен-Мар» (1826 г.), посвященного изображению дворянского заговора против кардинала Ришелье. В центре произведений Виньи стоит одинокая гордая личность, презирающая толпу.

Альфонс де Ламартин (1790—1869) - французский писатель XIХ в. Поэт-лирик Альфонс де Ламартин (1790—1869) также начал свой творческий путь под влиянием Шатобриана. Его сборники стихов «Поэтические размышления» (1820 г.), «Новые поэтические размышления» (1823 г.) содержат меланхолические элегии, однообразные и оторванные от реального мира, но не лишенные поэзии и чувства.

Особое место во французском романтизме XIX века занимает Альфред де Мюссе (1810— 1857). В своей первой книге стихов «Испанские и итальянские сказки» он в ироническом тоне трактует романтические мотивы, как бы снижая и осмеивая их. Мюссе был также автором драм и комедий в прозе, в которых он рисует образ молодого человека, не удовлетворенного действительностью, чувствующего разлад с современным ему миром, но не способного окончательно порвать с ним. В романе «Исповедь сына века» (1835 г.) Мюссе прямо говорит о своем герое, как о представителе поколения 30-х годов. Трагедия этого поколения заключалась в том, что оно, глубоко разочаровавшись в прозаической действительности буржуазной Франции, не имело реальных перспектив борьбы против нее.

После июльской революции 1830 г. творчество некоторых представителей романтизма сливается с демократическими и утопическими направлениями общественной мысли. Самыми яркими представителями b>французского романтизма XIX века были Виктор Гюго и Жорж Санд.

Виктор Гюго (1802—1885) прошел сложный путь развития. Молодой Гюго выступил в литературе со сборником «Оды и другие стихотворения» (1822 г.), в котором воспевал лилии Бурбонов и католическое благочестие. Однако он очень скоро порывает с этими мотивами и с середины 20-х годов становится сторонником либерально-демократических идей. В предисловии к своей пьесе «Кромвель» (1827 г.) Гюго сформулировал принципы новой, романтической драматургии. Он нападает на правила «трех единств», выступает против строгого разграничения жанров, присущего классицизму. Объявляя Шекспира «богом театра», Гюго требовал свободы и естественности, соблюдения «местного колорита», смешения трагического и комического. Манифест Гюго сыграл положительную роль в освобождении литературы от стеснительных правил классицизма; вместе с тем Гюго заменяет классицистические условности новыми условностями, романтическими. Огромную роль он отводит гротеску, который становится для него универсальным средством художественной выразительности. Действие драм Гюго происходит во времена средневековья, они изобилуют эффектными сценами и увлекательными ситуациями.

В 1831 г. Гюго пишет роман «Собор Парижской Богоматери». Мрачный облик собора воплощает феодальное средневековье, царство гнета и фанатизма. Но собор влечет к себе поэта и как великолепный памятник искусства, созданный гением народа. Жизнь, изображенная в романе, насыщена социальными контрастами. Писатель на стороне людей из народа. Однако условные приемы его искусства сказываются в том, что угнетенная масса представлена образами уродливого Квазимодо и идеализированной в сентиментальном духе Эсмеральды.

Революцию 1830 г. Гюго встретил восторженно, но у него долго сохранялись иллюзии относительно режима июльской монархии. Только после революции 1848 г. Гюго стал республиканцем. Несмотря на то что писатель так и не смог освободиться до конца от либеральных иллюзий, основу его взглядов составляли демократические тенденции. Гюго решительно выступил против преступной авантюры Луи Бонапарта, захватившего власть во Франции. Он написал против него книгу «История одного преступления» и памфлет «Наполеон малый» (1852 г.). Оба эти сочинения сыграли свою роль в борьбе с реакцией.

Виктор Гюго (1802—1885) - французский писатель XIХ в. Вынужденный покинуть Францию, Гюго в течение 19 лет находился в изгнании. В этот период он выступает как активный политический борец против реакции: пытается спасти от смертной казни Джона Брауна, протестует против захватнической политики Англии и Франции, защищает на страницах герценовского «Колокола» польскую независимость. Годы изгнания были для писателя периодом творческого подъема. В 1853 г. он выпустил сборник стихов «Возмездие», в которых патетически обличал изменившую демократии буржуазию, реакционных клерикалов, классовый суд и самого узурпатора — Наполеона III. С глубоким сочувствием говорит Гюго о народе, он горячо верит в его силы и будущее.

В изгнании Гюго создал романы «Отверженные», «Труженики моря», «Человек, который смеется». Особенное значение имеет роман «Отверженные» (1862 г.), затрагивающий самые острые социальные проблемы XIX в. Рисуя судьбу неграмотного крестьянина Жана Вальжана, за безделицу попавшего на каторгу, и молодой женщины Фантины, ставшей проституткой, автор показывает, что их губят социальная несправедливость и пороки буржуазного общества. При всем этом Гюго верит в возможность нравственного перерождения человека под влиянием гуманности и милосердия. История Жана Вальжана и Фантины раскрывается на широком общественном фоне. Гюго описывает, например, баррикадные бои в Париже в 1832 г. Симпатии писателя на стороне восставшего народа, он передает пафос борьбы, создает обаятельные образы восставших, среди которых выделяется парижский мальчуган Гаврош — живое воплощение революционного духа народа.

В 1870 г. Гюго вернулся во Францию. В осажденном Париже он зовет народ защищать отечество. Писатель не понял значения Парижской коммуны, но он мужественно защищал коммунаров от преследований победившей буржуазии. В 1874 г. вышел его последний роман «Девяносто третий год», посвященный Французской революции конца XVIII в. и изображающий борьбу молодой республики против контрреволюции. Симпатизируя революционным идеям, Гюго все же не может разрешить противоречия между суровостью революционной борьбы и гуманным чувством, между террором и милосердием, остается в плену своих мелкобуржуазных иллюзий.

Видной представительницей демократического направления в романтизме была Жорж Санд (псевдоним Авроры Дюдеван, 1804—1876), поднимавшая в своем творчестве жгучие социальные вопросы. В своих ранних романах — «Индиана», «Валентина», «Лелия», «Жак» — Жорж Санд касалась положения женщины в семье и обществе, выступала против буржуазной морали.

Обострение социальной борьбы в 40-е годы побудило писательницу обратиться к постановке более широких общественных проблем. Она создает теперь образы людей из народа. Романы «Странствующий подмастерье», «Мельник из Анжибо», «Грех господина Антуана» направлены против эгоизма собственников и буржуазной цивилизации, несущей страдания народу. Вслед за сен-симонистами и христианскими социалистами Жорж Санд проповедует смягчение социальных противоречий, примирение классов.

Наиболее значительными романами Жорж Санд являются «Орас» и «Консуэло», созданные в начале 40-х годов. В романе «Орас» развенчивается тип буржуазного индивидуалиста, который казался таким обаятельным для первого поколения романтиков. Темой романа «Консуэло» является судьба искусства в классовом обществе. Писательница выдвигает мысль о неразрывной связи подлинного искусства с народом.

Аврора Дюдеван (Жорж Санд, 1804—1876) - французская писательница XIХ в. Революция 1848 г. породила в сознании Жорж Санд глубокий внутренний кризис. Крах представлений с единой «надклассовой демократии» привел писательницу к отказу от постановки острых политических вопросов, а также к ослаблению социальной тенденции. Ее повести из крестьянской жизни отмечены глубокой симпатией к трудящимся классам, но в них идеализируются народное смирение и покорность.

Франция, прошедшая с конца XVIII и до середины XIX в. через три революции, стала родиной боевой политической поэзии. Пьер Беранже (1780—1857) был создателем замечательных политических песен. Беранже выступил как поэт еще в эпоху наполеоновской монархии. В песне «Король Ивето» (1813 г.) он воспевает некоего доброго патриархального короля, который жил в дружбе с соседями и заботился о своем народе. Эта песня направлена против военных авантюр Наполеона и его налоговой политики.

Настоящим поэтом-борцом Беранже стал в период Реставрации. В задорных песнях он осмеивал дворян, вернувшихся из-за рубежа и мечтавших восстановить старые порядки, иезуитов, которые подняли голову во Франции. За эти произведения Беранже два раза подвергался тюремному заключению. Революция 1830 г. принесла поэту глубокое разочарование.

Его песни направлены теперь против богачей и преуспевающих мещан. Резко критическое отношение к буржуазии вызвало у Беранже интерес к утопическому социализму. Политическая песня Беранже — веселая, боевая, остроумная, насыщенная органическим демократизмом, отмеченная печатью живого национального юмора, — является замечательным образцом реалистической поэзии.

30-е и 40-е годы XIX в. во французской литературе ознаменованы подъемом реализма. В этот период с особенной яркостью обнаружились противоречия между идеалами буржуазной демократии и реальной действительностью, развитием капитализма. Обнищание народных масс, контрасты бедности и богатства, рост социальных противоречий — все это было самой отрезвляющей карикатурой на политические обещания буржуазии — свободу, равенство и братство. Правдивое отражение этих противоречий составило главное общественное содержание критического реализма этой эпохи, нашедшего высшее выражение в романе 30—40-х годов XIX в.

Предшественником великих реалистов этого времени выступил Бенжамен Констан (1767—1830), давший в своем романе «Адольф» (1816 г.) глубокое изображение психологии молодого человека XIX в., эгоистического и разочарованного, неспособного к активным действиям.

Одним из наиболее блестящих представителей критического реализма был Стендаль (псевдоним Анри Бейля, 1783—1842). Последователь материалистов XVIII в., он стоял особенно близко к Гельвецию, унаследовав его учение о страстях, образующих источник богатства внутренней жизни человека. Стендаль преклонялся перед людьми с активным, сильным характером, далекими от мелочных интересов эпохи Реставрации и июльской монархии. Таких героев он находил среди деятелей итальянского Возрождения («Итальянские хроники»), у Шекспира, а в современной ему жизни — среди немногих сильных натур, способных чувствовать убожество окружающей обстановки и страстно ненавидеть ее.

Анри Бейль (Стендаль, 1783—1842) - французский писатель XIХ в. В замечательном романе «Красное и черное» (1830 г.) Стендаль изображает французское общество периода Реставрации. Герой его книги — Жюльен Сорель, плебей по происхождению, является страстным поклонником наполеоновской эпохи, которая, по его убеждению, открывала для талантливого человека из низов возможность пробить себе дорогу в жизни. В годы Реставрации эти возможности крайне сузились. Человек с возвышенной и чувствительной душой, Жюльен готов на все, чтобы победить косную общественную среду. Но ему не удается достигнуть избранной цели. Господствующие классы осудили плебея, возмутившегося против своего общественного положения. В последнем слове обвиняемого Жюльен Сорель сам выносит суровый приговор своим судьям и осудившему его обществу.

Действие другого романа «Пармская обитель» (1839 г.) происходит при дворе маленького итальянского княжества. На этом фоне писатель рисует яркие и независимые характеры, всем своим существом враждебные ничтожеству окружающего мира. Трагическая судьба умных, талантливых, глубоко чувствующих людей сама по себе является осуждением этой реакционной эпохи.

Творчество Оноре де Бальзака (1799—1850) представляет собой высшую точку развития западноевропейского критического реализма. Бальзак поставил перед собой грандиозную задачу — нарисовать историю французского общества от первой Французской революции до середины XIX в. Как контраст знаменитой поэме Данте «Божественная комедия» Бальзак назвал свое произведение «Человеческой комедией». «Человеческая комедия» Бальзака должна была включать в себя 140 произведений с персонажами, переходящими из одной книги в другую. Писатель отдал все свои силы этому титаническому труду, ему удалось завершить 90 романов и новелл.

Наблюдая развитие буржуазного общества, автор «Человеческой комедии» видит торжество грязных страстей, рост всеобщей продажности, разрушительное господство эгоистических сил. Но Бальзак не становится в позу романтического отрицания буржуазной цивилизации, не проповедует возвращение к патриархальной неподвижности. Наоборот, он с уважением относится к энергии буржуазного общества, увлекается грандиозной перспективой капиталистического расцвета.

Стремясь ограничить разрушительную силу буржуазных отношений, ведущую к нравственной деградации личности, Бальзак развивает своеобразную консервативную утопию. Сдержать стихию частных интересов, с его точки зрения, может только законная монархия, где решающую роль играют церковь и аристократия. Однако Бальзак был великим художником-реалистом, и жизненная правда его произведений приходит в противоречие с этой консервативной утопией. Нарисованная им картина общества была глубже, вернее тех политических выводов, которые делал сам великий художник.

В романах Бальзака изображена власть «денежного принципа», разлагающего старые патриархальные связи и семейные узы, поднимающего ураган эгоистических страстей. В ряде произведений Бальзак рисует образы дворян, сохранивших верность принципу чести (маркиз д'Эгриньон в «Музее древностей» или маркиз д'Эспар в «Деле об опеке»), но совершенно беспомощных в вихре денежных отношений. С другой стороны, он показывает превращение молодого поколения дворян в людей без чести, без принципов (Растиньяк в «Отце Горио», Виктюрньен в «Музее древностей»). Буржуазия также меняется. На смену купцу старого патриархального склада, «мученику коммерческой чести» Цезарю Бирото приходит новый тип бессовестного хищника и стяжателя. В романе «Крестьяне» Бальзак показывает, как гибнут помещичьи усадьбы, а крестьяне остаются по-прежнему нищими, ибо дворянское имущество переходит в руки хищной буржуазии.

Оноре де Бальзак (1799—1850) - французский писатель XIХ в. Единственные люди, о которых великий писатель говорит с нескрываемым восхищением, — это республиканцы, такие как молодой Мишель Кретьен («Утраченные иллюзии») или старый дядюшка Низерон («Крестьяне»), бескорыстные и благородные герои. Не отрицая известного величия, которое проявляется в энергии людей, создающих основы власти капитала, даже у таких накопителей сокровищ, как Гобсек, писатель с огромным уважением относится к бескорыстной деятельности в сфере искусства и науки, заставляющей человека жертвовать всем ради достижения высокой цели («Поиски абсолюта», «Неведомый шедевр»).

Бальзак наделяет своих героев умом, талантом, сильным характером. Его произведения глубоко драматичны. Он рисует буржуазный мир погруженным в постоянную борьбу. В его изображении — это мир, чреватый потрясениями и катастрофами, внутренне противоречивый и дисгармоничный.

Выдающимся писателем-реалистом этой эпохи был и Проспер Мериме (1803— 1870), который вошел в историю литературы прежде всего как мастер новеллы, лаконичной, строгой, изящной. Мериме, как и Стендаль, близок к просветительным идеям XVIII в. Одно из его первых выдающихся произведений, пьеса-хроника «Жакерия» (1828 г.) посвящена изображению крестьянского движения во Франции XIV в. В единственном своем большом романе «Хроника времен Карла IX» (1829 г.) Мериме рисует борьбу католиков и протестантов и события Варфоломеевской ночи. Скептик и атеист, он иронически относится к обеим борющимся партиям и развенчивает фанатическую нетерпимость.

Обращаясь в своих новеллах к темам и образам, введенным в литературу романтиками, Мериме трактует их вполне реально. Как и романтики, он ищет сильные и яркие характеры в странах, сравнительно мало затронутых буржуазным развитием, и часто рисует людей примитивных, цельных, способных сильно чувствовать. Таковы героини новелл «Кармен» и «Коломба», корсиканский крестьянин Матео Фальконе (в новелле того же названия) и др.

Иногда Мериме обращается и к миру фантастических образов («Венера Ильская»), но, изображая романтических героев и романтические ситуации в трезвых спокойных тонах, сопровождая их ироническими комментариями и реалистической системой мотивировок, переводит действие в иную, не романтическую плоскость.

Июньские баррикадные бои 1848 г. являются великой гранью в истории XIX в. Революционная роль буржуазии на Западе сыграна, и она выступает теперь против рабочего класса как сила, поддерживающая существующий порядок. Это не могло не оказать решающего влияния на развитие буржуазной культуры.

Если в области естественных наук и социологии значительное влияние завоевывает позитивизм, то в области литературы и искусства Франции второй половины XIX века складывается новый тип критического реализма, во многом отличный от того, который получил развитие в первую половину XIX века. Меняется самое понятие типического. Оно рассматривается теперь обычно как наиболее распространенное, заурядное, «среднеарифметическое». Писатели отказываются от создания могучих образов, похожих на типы Стендаля и Бальзака. Меняется и структура произведений. Композиция приближается к внешнему течению жизни, т. е. к относительно ровной поверхности буржуазного общества, его постепенной эволюции.

Приближая искусство к жизни в ее повседневном выражении, лишая его последних элементов условности, гиперболизации, реалисты 50—60-х годов XIX века делают известный шаг вперед в художественном развитии, но в основном и главном они уступают классическому реализму предшествующей эпохи.

Крупнейший представитель нового этапа реализма Гюстав Флобер (1821— 1880) всю жизнь ненавидел буржуазию, считал ее бездарной, мелочной, пошлой, эгоистичной. Вместе с тем он презрительно относился и к народным массам. Флобер не верит в возможность изменить существующее положение, он глубоко разочарован во всякой политической деятельности и считает ее бессмысленной. Он призывает художника «уйти в башню из слоновой кости», посвятить себя служению красоте. Однако жить в обществе и быть свободным от общества нельзя. Несмотря на ложность своей позиции, Флобер дал замечательное критическое изображение буржуазной пошлости и, таким образом, не остался в стороне от общественной борьбы.

Гюстав Флобер (1821— 1880) - французский писатель XIХ в. Самым значительным созданием писателя является его роман «Мадам Бовари» (1857 г.). В центре романа — образ женщины из буржуазной среды, чье мечтательное воображение питалось чтением романтической литературы. Реальность опрокидывает ее мечты. При всей трезвости, с которой Флобер относится к идеалам своей героини, его глубоко волнует гибель человека в столкновении с мещанской действительностью.

Испытывая отвращение к безобразию окружающей обстановки, Флобер постоянно обращался к историческому прошлому, овеянному красотой и поэзией. Так возникли его роман «Саламбо», посвященный восстанию наемников в древнем Карфагене, повести «Легенда о святом Юлиане Милостивце» и «Иродиада». В этих произведениях Флобер с огромной, почти научной объективностью восстанавливает аксессуары отдаленных исторических эпох, подробно описывает их. Но герои его исторических произведений обладают психологией людей XIX в.

В романе «Воспитание чувств» (1869 г.) Флобер разрабатывает тему «молодого человека», продолжая в этом смысле линию Стендаля и Бальзака. Но представитель нового поколения буржуазии, Фредерик Моро, показан как человек вялый, инертный, неспособный к борьбе и активной деятельности. Ненависть Флобера к буржуазии и одновременно его отрицательное отношение к народу определили своеобразное положение этого писателя в истории литературы. От Флобера шел великий реалист Мопассан, а, с другой стороны, теория «чистого искусства», которую защищал Флобер, легла в основу эстетических устремлений декадентов.

Несмотря на то, что расцвет натурализма относится к 80-м годам XIX века, натуралистическая тенденция во французской литературе появляется раньше — уже в творчестве братьев Гонкур, Жюля (1830—1870) и Эдмонда (1822—1896). Они являются сторонниками внесения «научного метода» в литературу, сторонниками «документализма», т. е. тщательного, до мелочей, воспроизведения среды, в которой происходит действие. Основным стимулом поведения людей Гонкуры считают биологические факторы, причем их особенно интересуют патологические случаи, отклонения от нормы. В поисках людей с легко возбудимой и неуравновешенной психикой Гонкуры обращались к жизни артистов, художников, литераторов (романы «Шарль Демайо», «Манетт Соломон» и др.). В романе «Жермини Лассерте» они изображают жизнь низов общества, полагая, что биологическое начало легче проследить на примитивных людях из народа.

Глубоко трагической фигурой был самый яркий поэт этой эпохи Шарль Бодлер (1821—1867), автор книги «Цветы зла» (1857 г.). Бодлер так же, как и Флобер, ненавидел буржуазное общество. Он сочувственно рисовал в своих стихах бунтарей и богоборцев, поднявшихся против существующего строя (Каин в стихотворении «Авель и Каин», Сатана в «Литаниях Сатане», алхимик в «Каре гордости»). Бодлер не чужд демократической симпатии к простым труженикам, он говорит об их тяжелой жизни (стихотворения «Душа вина», «Сумерки вечера»), но видит в них лишь страдальцев, а не борцов. Ему кажется, что он одинок в своей ненависти к буржуазному миру. Буржуазная цивилизация для Бодлера — гниющая и умирающая цивилизация, и вместе с тем он не может вырваться из ее объятий. Это порождает в его поэзии мотивы смерти, гниения, распада.

Современниками Бодлера были поэты группы «Парнас», вступившие в литературу Франции в 50—60-х годах XIX века. В число их входили Леконт де Лиль, Теофиль Готье, Теодор де Банвиль и др. Утрата большого общественного содержания, характерная для этих поэтов, связана с их односторонним интересом к вопросам формы. Эстетизм в отрыв поэзии от больших общественных идей позволяют считать творчество «парнасцев» одним из первых проявлений кризиса французской поэзии XIX века и началом ее поворота к декадансу.

ФорексДеньги: Форекс форум для трейдеров

Театр Франции в XIX веке
В истории французской культуры XIX в., которая внесла огромный вклад в развитие духовной жизни всего человечества, одно из первых мест занимает театр. Он выдвинул плеяду выдающихся драматургов и крупнейших актеров. На французской сцене сложились и достигли высокого совершенства все основные художественные направления искусства этого периода, были разработаны все театральные жанры, так же как и новые формы организации театрального дела, характерные для буржуазного общества с присущим ему законом капиталистической конкуренции и принципом свободы предпринимательской деятельности. Новый частновладельческий, антрепренерский, коммерческий театр сложился именно во Франции в годы Великой буржуазной революции, явившейся важнейшей вехой в истории французского театра XIX века.

Революция сломала старую систему придворно-бюрократического руководства театральной жизнью, ликвидировала цеховые монополии и королевские привилегии, ставшие помехой для дальнейшего развития профессионального театра. 13 января 1791 г. Законодательное собрание издало декрет о «свободе театров», предоставивший всякому французскому гражданину право открыть театр и исполнять в нем пьесы любых жанров под свою личную ответственность. Вскоре «свобода театров» обернулась их зависимостью от буржуазных дельцов, использовавших их в целях личного обогащения, но на первых порах театр явился могущественным фактором развития революционных идей.

Театр Франции в XIX веке С первых месяцев революции и в драматургии и в актерском искусстве Франции начал складываться новый стиль революционного классицизма, пробуждающего героизм и патриотические чувства масс при помощи «заклинания» призраков великих граждан древнего Рима и Спарты; их образы, воплощенные на сцене, давали высокие образцы республиканской доблести. Помимо постановки революционных классицистических трагедий, якобинцы в годы своей диктатуры (1793—1794) делают первые попытки создания массового агитационного театра, выражающего устремления революции. Они организуют большие народные празднества, массовые спектакли, уснащенные различными аллегорическими сценами, пантомимами, процессиями, ораториями. Здесь воспевались победы революционных войск и разыгрывались фарсы, обличавшие врагов революции, обывателей и приспособленцев. Многочисленные декреты Конвента и Комитета общественного спасения были устремлены к поискам театра, пробуждающего революционный героизм народных масс.

Но революционная весна французского театра была кратковременной. Термидорианская реакция возродила мещанский сентиментализм с присущим ему прославлением семейной морали. Основной задачей театра периода Директории стало обуздание революционных порывов народных масс, внушение им убеждения в идеальности нового, буржуазного строя, в котором любой бедняк, если ему посчастливится, может стать богатым. Смена идей отразилась в возникшем в годы революции новом жанре мелодрамы.

Первоначально мелодрама была проникнута революционно-плебейскими тенденциями, носила острую антиклерикальную («Монастырские жертвы» Монвеля, 1791 г.) или антидеспотическую направленность («Робер, атаман разбойников» Ла Мартельера, 1792 г.). В период Директории и Консульства мелодрама теряет свое бунтарское содержание, начинает подменять социальные конфликты моральными, изображать злодеяния отдельных личностей. Такой вид французская мелодрама получила у Г. де Пиксерекура (1773—1844), прозванного «Корнелем бульваров» (лучшие пьесы — «Виктор, или Дитя леса», 1798 г.; «Селина, или Дитя тайны», 1800 г.; «Человек о трех лицах», 1801 г.). Его преемниками были Ш. Кенье («Сорока-воровка», 1815 г.) и В. Дюканж, автор мелодрамы «Тридцать лет, или Жизнь игрока» (1827 г.), лишенной сентиментальной фальши, пронизанной демократизмом и обличающей стяжательство. Впрочем, мелодрама Дюканжа относится уже к следующему, романтическому периоду в истории французского театра.

Сходный путь развития прошел другой жанр французского театра XIX века, родившийся в годы революции, — водевиль. Он был насыщен жизнерадостным остроумием, в котором А. И. Герцен видел «один из существенных и прекрасных элементов французского характера». В дальнейшем водевиль утратил свой боевой дух и публицистическую остроту, став чисто развлекательным жанром.

В первые годы XIX в. в водевилях фигурировали два типа водевильных простаков: наивный Жокрисс и лукавый Каде-Руссель. Водевили ставились в Париже в двух специальных театрах: «Водевиль» и «Варьете». Как и мелодрама, французский водевиль получил широкое, общеевропейское распространение и царил на сцене больше полувека. Знаменитой водевильной актрисой Франции была В. Дежазе (1797—1875).

Новый период в истории французского театра связан с наполеоновской империей. Наполеон ограничил права, завоеванные театрами после декрета о «свободе театров», сильно уменьшил количество театров, подчинил их полицейскому надзору и цензуре. Он восстановил привилегии основных театров и в особенности театра «Комеди Франсез», создав новый устав этого старейшего театра Франции, на основании которого он существует по сей день.

Театр Франции в XIX веке. Водевиль Французская драматургия периода Империи соблюдала каноны классицизма, но уже без демократической идейности, антиклерикальных и антимонархических черт. Под пером Ренуара, Н. Лемерсье и др. классицистическая трагедия времен Империи проникается реакционными идеями, эклектически сочетая свой отвлеченный классицизм с элементами нарождающегося реакционного романтизма.

Наиболее значительной фигурой во французском театре конца XVIII и начала XIX в. являлся актер Ф. Ж. Тальма (1763 —1826). Тальма прошел сложный путь. Он был величайшим актером революционного классицизма, воплотившим с огромной силой его гражданскую героику и патриотический пафос. После революции он стал ведущим артистом «ампирного» классицистического театра, проникнутого консервативно-монархическими идеями, присущими этому времени. Но гуманистическая устремленность, присущая Тальма, помогла ему преодолеть ограниченность официального, помпезного искусства и вырасти в художника, раскрывающего на сцене принципы высокой человеческой морали.

Тальма был неутомимым новатором и реформатором театра. Он выступил первым во Франции крупнейшим истолкователем ролей трагических героев Шекспира. Он реформировал классицистическую актерскую технику: отказался от напевной читки, перенес на сцену интонации революционных ораторов, утвердил подлинный античный костюм, ввел во французский театр портретный грим, внес значительные реформы в мимику и жест актера. В целом не порывая еще полностью с нормативной эстетикой и условной актерской техникой классицизма, Тальма дал мощный толчок развитию французского театра по пути реализма, приблизив его к осознанию неразрывной связи человека с породившей его эпохой. В последние годы жизни он встречался с молодыми романтиками (Ламартином, Гюго) и мечтал об исполнении ролей нового репертуара, в частности о роли Кромвеля в одноименной драме Гюго. Но Тальма не дожил до завершения «Кромвеля», появление которого открыло во Франции эру прогрессивного романтизма в театре.

Помощь становлению во Франции прогрессивно-романтического театра оказали крупные писатели — Сталь, Стендаль, Гюго, Мериме, из которых последние два были крупнейшими драматургами; все они способствовали теоретическому обоснованию поэтики романтической драмы. Характерной особенностью последней являлись отказ от четких разграничений жанров, стремление к слиянию драмы с лирикой и эпосом, смешение трагического с комическим, возвышенного с гротескным (значение гротеска как эстетической категории романтической драмы было впервые подчеркнуто Гюго в предисловии к «Кромвелю»).

Первое место среди драматургов-романтиков Франции XIX века принадлежало Виктору Гюго. В его драмах «Марион де Лорм», «Эрнани», «Король забавляется», «Мария Тюдор», «Рюи Блаз» ярко проявились характерные для прогрессивного романтизма тенденции — страстный гуманизм, обличение правящих классов, сочувствие простым людям, стремление к исторической правде, высокая поэтичность.

Весьма популярный драматург-романтик Александр Дюма-отец отличался беспринципностью, откровенной погоней за успехом, поверхностным, бутафорским историзмом. Тем не менее ряд его пьес, особенно «Антони» (1831 г.), «Ричард Дарлингтон» (1831 г.), «Кин, или Беспутство и гений» (1836 г.), содержал элементы социальной критики, обличение бессердечного буржуазно-дворянского общества.

Театр Франции в XIX веке Одной из лучших французских романтических драм был «Чаттертон» А. де Виньи (1835 г.) — психологическая драма, показывающая трагедию поэта, не находящего себе места в торгашеском буржуазном обществе.

Весьма талантливым (но значительно позже оцененным) драматургом-романтиком был А. де Мюссе, создавший лирические драмы «Прихоти Марианны» (1833 г.), «Любовью не шутят» (1834 г.), историческую драму «Лоренцаччо» (1834 г.).

Особое место среди драматургов-романтиков занимает Феликс Пиа (1810—1889), зачинатель радикально-демократического течения в романтизме 30-х годов, создатель жанра социальной мелодрамы, рисующей конфликты труда и капитала.

В период Реставрации и Июльской монархии актерское искусство в Париже достигает большой высоты. Театр «Комеди Франсез», именуемый часто «Домом Мольера», после смерти великого Тальма утерял свое ведущее положение. Но в бульварных театрах Парижа, хотя их репертуар и был засорен пустыми развлекательными спектаклями, ставились значительные пьесы, насыщенные демократической идейностью; здесь вырастали и великие актеры, с именами которых связан расцвет романтизма во французском театре и в творчестве которых получили яркое выражение гуманистические идеи, протест против общественной несправедливости.

Наиболее значительный из этих актеров — Фредерик Леметр (1800—1876) прославился исполнением ролей игрока Жоржа Жермани, Рюи Блаза, Ричарда Дарлингтона, Кина, тряпичника Жана, а также бандита Робера Макера — сатирического типа, ставшего социальным символом Июльской монархии.

Несколько иной облик имел Пьер Бокаж (1799 — 1863) — актер-демократ и республиканец, по происхождению рабочий-ткач. Он отличался порывистостью игры, склонностью к преувеличениям, умением передавать сильные страсти.

Плеяда выдающихся актеров Франции периода Июльской монархии завершается Элизой Рашель (1821—1858), возродившей классицистическую трагедию в разгар романтизма. Она заставила зазвучать героическую тему в преддверии революции 1848 г., акцентируя в трагедиях великих классиков тираноборческие мотивы. Одним из величайших актерских достижений Элизы Рашель было исполнение ею «Марсельезы» в революционные дни 1848 г.

Одновременно с романтической драматургией во Франции формировалась и драматургия реалистическая. Она распадалась на две разновидности: описательный реализм Скриба и критический реализм Мериме и Бальзака.

Театр Франции в XIX веке Эжен Скриб (1791—1861) был плодовитейшим буржуазным драматургом Франции XIX в. Он писал водевили, мелодрамы, либретто опер, комедии исторические и бытовые. Из его исторических пьес знамениты «Бертран и Ратон» (1833 г.) и «Стакан воды» (1840 г.), характеризующиеся так называемой «теорией малых причин», которая сводит политику к закулисным интригам и объясняет крупные исторические события мелкими бытовыми явлениями. Из бытовых комедий Скриба наиболее известна «Лестница славы» (1837 г.); она изображает буржуазных дельцов и карьеристов, помогающих взаимному продвижению на пути карьеры.

Несравненно более высокий идейный уровень имела драматургия критического реализма, отражавшая противоречия буржуазного общества и стремившаяся к раскрытию глубоких социальных конфликтов и социально обусловленных характеров. Проспер Мериме создал в период Реставрации сборник очень тонких, остроумных реалистических комедий (по большей части одноактных), вышедший под названием «Театр Клары Гасуль» (1825 г.); пьесы этого сборника проникнуты свободолюбием, антифеодальными и антиклерикальными тенденциями. В другом стиле написана историческая драма-хроника «Жакерия», рисующая крупнейшее крестьянское восстание во Франции на исходе средних веков. Несмотря на свои художественные достоинства, драмы Мериме попали на сцену лишь много позднее — только в XX веке.

Неудачно сложилась и сценическая судьба пьес великого реалиста Бальзака. В драмах «Вотрен», «Находчивый Кинола», «Мачеха» Бальзак ярко разоблачал подлинные основы стяжательского буржуазного общества, бессердечность денежных людей и жажду наживы, показывал отражение социальных конфликтов в семейной среде. В комедии «Делец» он дал исключительно яркое сатирическое изображение мира дельцов и спекулянтов, в котором царит биржевик Меркаде. Пьесы Бальзака не имели успеха у современников и подвергались запретам. Они стали утверждаться на сцене лишь после смерти их автора, а по заслугам были оценены только в XX веке.

После революции 1848 г. напуганная июньским выступлением парижского пролетариата буржуазия вступила на путь откровенной идейной реакции. В театре Франции второй половины XIX века ставятся апологетические охранительные пьесы Александра Дюма-сына, Эмиля Ожье и Викториена Сарду. Их пьесы, многие историки назвали псевдореалистичными; они отличаются пошлостью сюжетов, фальшивостью характеров, лицемерной маскировкой подлинной сущности общественных отношений. В них отсутствует главное качество реализма — изображение типических характеров в типических обстоятельствах. В целом буржуазный театр и драма Второй империи стоят в стороне от большой дороги литературного развития.

Единственными светлыми явлениями в годы Второй империи являются блестящие комедии-водевили Эжена Лабиша (1815 — 1888), а также творчество некоторых актеров, например Эдмона Го (1822 — 1901) — лучшего исполнителя ролей в комедиях Мольера, Бальзака и Ожье.

ФорексДеньги: Форекс форум для трейдеров

Изобразительное искусство Франции в XIX веке
Живописи, скульптуре и графике Франции XIX в. выпала исключительно важная и яркая роль в сложении и развитии мировой художественной культуры.

Острота социальных противоречий и быстрая смена политических форм во Франции порождали целую серию переворотов также в художественной жизни и художественных направлениях. Ни одна страна в рассматриваемый период не могла сравниться с Францией по смелости идейно-творческих исканий.

Все три основных этапа французского искусства 1789 — 1870 гг. — классицизм, романтизм и реализм — обладают внутренним единством. В своих лучших, наиболее прогрессивных проявлениях они, вне зависимости от своих стилистических форм, наполнены революционным духом, демократической силой и героическим пафосом.

С трибуны якобинского клуба, а затем революционного Конвента Франция признала лидера классицизма Жака Луи Давида (1748 — 1825) художником, «чей гений приблизил революцию». Творчество Давида предреволюционного и революционного времени воплотило суровый и героический дух эпохи, а одновременно и рожденные общенациональным подъемом иллюзии скорой победы «царства разума» и справедливости. Классицизм Давида возрождал в новых исторических условиях традиции Пуссена с их гуманистическим культом античности и возвышенным представлением о долге человека перед велениями разума и общества. Однако если Пуссен в своем искусстве был философом, моралистом и поэтом, то Давид выступал как политический трибун. Наиболее прославленная из его дореволюционных картин «Клятва Горациев» (1784 г.) звучит как призыв к оружию, к революционному и патриотическому действию, наподобие ставшей гимном революции «Марсельезы» Руже де Лиля. Картина Давида «Консул Брут, осудивший на смерть своих сыновей, изменивших Республике» (1789 г.) была воспринята современниками как «взятие Бастилии в живописи».

Клятва Горациев (Ж.Л.Давид, 1784 г.) Избирая для картин трагические сюжеты из античной истории, Давид облекал их в строгую и четкую форму, с безукоризненно точным рисунком и ясным, холодным цветом, с повышенно выразительным действием, развертывающимся словно на сцене театра, всем этим стремясь придать поступкам своих героев характер абсолютной закономерности и необходимости.

Рассматривая свои произведения как средство пробуждения революционной сознательности и активности, Давид не разделял свою художественную и гражданскую деятельность. Он был членом якобинского клуба, членом (и одно время председателем) Конвента, другом Робеспьера, за что едва не поплатился головой, когда якобинская диктатура была свергнута реакционной буржуазией.

На годы революции приходится наивысший расцвет творчества Давида. Оставив античные сюжеты, он перешел к прославлению деяний и подвигов современников — героев и мучеников великого общественного переворота. В своей лучшей картине «Убитый Марат» (1793 г.), в замечательных, ярко реалистических портретах, подобных «Зеленщице» или «Старику в черной шляпе», Давид по существу отбросил классицистические принципы, положил начало новому реализму XIX в. и стал вместе с испанцем Гойей и англичанином Констеблем родоначальником наиболее сильной линии развития европейского искусства этого времени.

В годы Директории, Консульства и Империи Давид пытался снова вернуться к отвлеченно-идеальному и возвышенному языку классицизма, стремясь понять и деятельность Наполеона с точки зрения ее исторически-прогрессивных сторон. Однако поздний классицизм Давида приобрел рассудочный характер, безжизненный и бесплодный: Давид так и не поверил в Наполеона, как и император не мог доверять старому якобинцу.

В области архитектуры Франции на рубеже XVIII—XIX вв. поисками строго классицистического, лаконичного и возвышенного стиля был занят Клод Никола Леду (1736—1806), изучавший для этого суровые сооружения эпохи римской республики и те немногочисленные памятники греческого искусства, какие были известны в то время. Однако большинство его проектов не получило осуществления. После прихода к власти Наполеона от архитектуры потребовали не спартанской простоты, а помпезного величия Римской империи. В творчестве действовавших при Наполеоне архитекторов — Персье, Фонтена, Шальгрена, Виньона — все отчетливее нарастал дух официальности и эклектики, за которым вскоре последовал глубокий кризис французской и всей европейской архитектуры. Выход из этого упадка наметился только на рубеже XX века.

В живописи Наполеон последовательно насаждал тот же дух холодной и фальшивой идеализации, заказывая пышные батальные картины, прославлявшие его военные подвиги, или торжественные, полные раболепной лести парадные портреты. В произведениях большинства художников этого времени классицизм превратился в стеснительную систему академических догм. Они проповедовали реакционные идеи незыблемости общественных отношений и олимпийского спокойствия среди жизненных бурь, охотно впитывая в себя элементы реакционной романтики в духе Шатобриана.

Не избежал воздействия этого глубокого кризиса классицизма и крупнейший из учеников Давида — Жан Огюст Доминик Энгр (1780—1867), который тщетно пытался вдохнуть жизнь в отжившие свой век художественные принципы и терпел одну за другой неудачи со своими большими картинами на исторические или религиозные темы. Но Энгр вошел в историю французского искусства другой стороной своей деятельности как первоклассный реалистический портретист, поднимавшийся в лучших работах, например в «Портрете Бертена» (1832 г.), до глубоко обобщенного и ярко критического изображения духовного и морального облика французской буржуазии, и как вдохновенный поэт прекрасной реальной натуры, хотя и несколько отрешенной от своего времени («Источник» и другие картины). Выдающийся живописец и блестящий рисовальщик, Энгр оказал большое влияние на дальнейшее развитие французского искусства XIX века.

Плот Медузы (Т.Жерико) К концу второго десятилетия XIX в. в резкой борьбе против ставшего реакционным позднего классицизма складывается романтическое направление в искусстве Франции.

Романтизм воплотил в себе ощущение жестоких социальных и исторических контрастов и драматический дух эпохи. Художники романтической школы были проникнуты чувством сложности и противоречивости бытия, идеей несоответствия объективного хода общественного развития стремлениям людей. Некоторых из них это вело к фатализму, отчаянию, заставляло бежать от современности в мир поэтического вымысла, в историю, на Восток, замыкаться в узком пессимистическом индивидуализме. У других возникало желание критически разобраться в противоречиях современности, придать своему искусству подлинно революционную остроту и патетику; такие художники в силу неизбежной логики развития приходили к наполнению своего бурного и героического романтического искусства глубокой жизненной правдой и психологической сложностью.

Появившаяся в 1819 г. картина Теодора Жерико (1791—1824) «Плот «Медузы», изображающая людей, потерпевших кораблекрушение и затерянных среди волн океана, явилась манифестом романтизма в живописи. Для Жерико уже не существовало классицистического деления сюжетов на возвышенные и низменные. Энтузиазм и поэтическое чувство художника были обращены теперь на поиски героического и значительного в реальной жизни. Исключительная напряженность действий и страстей, воплощавшихся в новом искусстве, не могла вместиться в размеренно-торжественные формы классицизма. Она ломала идеальную уравновешенность композиции, делала нервным рисунок, находила свое выражение в стремительности ритма, интенсивности контрастов светотени, насыщенной живописности цвета.

Сделанные Жерико в конце его короткой жизни замечательные портреты душевнобольных с особенной горечью, сердечностью и реалистической силой выразили боль за человека, подавленного неурядицами и несправедливостями своего времени.

Эжен Делакруа (1798—1863) в поисках наиболее драматических ситуаций, позволяющих раскрыть максимальные возможности человеческой воли, благородства и героизма, обратился не только к литературным образам Данте, Шекспира, Байрона Вальтера Скотта, но и к животрепещущей, злободневной современности в ее наиболее мятежных и свободолюбивых проявлениях. Его творчество пронизано мечтой о человеческой свободе и страстным протестом против угнетения и насилия. В картине «Резня на Хиосе», впервые выставленной в 1824 г. он изобразил один из трагических эпизодов борьбы греческого народа против турецкого ига. Написанная под впечатлением революции 1830 г. его картина «Свобода, ведущая народ» (или «Свобода на баррикадах») раскрыла грозную красоту народного восстания.

Делакруа по праву считается создателем исторической живописи нового времени. Его интересовала самая сущность исторического процесса, столкновения больших масс людей, неповторимый в своей конкретной реальности дух времени. Лучшая из его исторических картин — «Вступление крестоносцев в Константинополь» (1840 г.) проникнута трагическим пафосом неумолимого исторического развития. В уходе Делакруа в сумрачные, нередко открыто пессимистические размышления над судьбами человечества было повинно его разочарование результатами революции 1830 года. Не находя во Франции времен Июльской монархии ничего, кроме тупой косности лавочников, он восхищался патриархальной силой и красотой алжирцев и марокканцев (которых видел во время своего путешествия 1832 г.), отыскивая свой идеал прекрасного и героического человека в нетронутых еще европейской цивилизацией далеких странах.

Свобода, ведущая народ (Э.Делакруа) Делакруа, не колеблясь, отвергал академические догмы, но для него никогда не теряли своей притягательной силы образы античного искусства. «Свобода, ведущая народ» соединяет в себе черты современной парижанки с классической красотой и могучей силой Ники Самофракийской.

Сочетание ясной чистоты и гармонии художественной формы с большой душевной тонкостью и взволнованностью отличает и работы французского живописца и рисовальщика Теодора Шассерио (1819—1856). Дух классики, преображенной романтическим пафосом и тревогой, жил также в произведениях наиболее значительного скульптора романтической эпохи — Франсуа Рюда (1784—1855), монументальный рельеф которого «Марсельеза», украшающий Триумфальную арку на площади Звезды в Париже, родственен «Свободе» Делакруа.

Романтическая школа не только обогатила различные жанры живописи и скульптуры — она совершенно преобразила искусство графики во Франции в XIX веке, вызвав расцвет книжной иллюстрации, литографического портрета, акварели. Французский романтизм был тесно связан с достижениями передового искусства других стран, особенно много он взял у Гойи и Констебля.

Влияние Констебля испытали многие французские пейзажисты 30—40-х годов XIX века — в годы сложения национальной школы реалистического пейзажа. Уже романтизм привлек внимание художников к проблемам национального своеобразия, прививая им глубокий интерес не только к жизни народа и национальной истории, но и к родной природе. Постепенно освобождаясь от первоначального тяготения к необычайным эффектам природы, пейзажисты так называемой «Барбизонской школы» (по имени деревни, где многие из них часто работали) стали раскрывать прекрасное в самых простых и обыденных, связанных с повседневной жизнью и трудом народа уголках страны.

Пейзажи лидера «барбизонцев» Теодора Руссо (1812— 1867) и в особенности младшего в этой группе художников — Шарля Добиньи (1817— 1878) по существу впервые утвердили во французском искусстве восхищение реальной природой, подготовив еще более высокий расцвет искусства пейзажа. В работе над пейзажем середины века наряду с «барбизонцами» очень большую роль сыграл Камиль Коро (1796—1875). Стремление к классической ясности композиции у него сочеталось с живым чувством поэтической гармонии мира, тонких созвучий состояния природы и движений человеческой души. Благодаря Коро живопись на открытом воздухе (на «пленэре») стала достоянием массы художников Франции, обогатив искусство необычайной правдивостью передачи световоздушной среды и словно физически ощутимым дыханием жизни.

Как «барбизонцы», так и Коро лишь после 1848 г. получили широкое признание. До этого они не допускались на выставки и подвергались насмешкам буржуазной критики: их мирное созерцание природы было слишком чуждо господствовавшей тогда буржуазной пошлости.

На переломе от романтической эпохи к эпохе расцвета реализма в 40—70-е годы XIX в. стоит творчество великого французского художника Оноре Домье (1808—1879). Домье принадлежит к тем мастерам XIX в., у которых трезвый, резко критический анализ действительности сочетался с истинно романтическим пафосом утверждения своих идеалов, революционной непримиримостью к буржуазному строю и всем его социальным, моральным и идейно-художественным основам.

Диапазон интересов и чувств художника необычайно велик, подлинно универсален. Домье то нисходит к мелкому, ничтожному миру буржуазного мещанства, подвергая его уничтожающему разгрому и публичному осмеянию, то поднимается к самым возвышенным человеческим мечтам, к самому высокому гуманизму, пронизанному величайшим душевным волнением. Но всегда и неизменно все его оценки жизненных явлений окрашены народным, демократическим духом и глубокой принципиальностью.

Бурлак (О.Домье) Домье вступил в искусство в начале 30-х годов как карикатурист, направив огонь своих сатирических листов против буржуазной монархии Луи Филиппа. Наряду с Гойей он может считаться создателем этого вида графики в современном смысле слова. Техника незадолго до того введенной в искусство литографии дала широчайшее распространение таким его работам, как «Законодательное чрево», «Улица Транснонен», «Печатник, ставший на защиту свободы печати», «Слово предоставляется подсудимому», «Этого можно освободить, — он больше не опасен» и многим другим, где Домье открыто высказывал свои симпатии и антипатии, совмещая иногда в одном и том же листе образы положительных героев с образами беспощадно сатирическими. В литографиях Домье впервые появился в искусстве новый герой — революционный рабочий класс.

После того как в 1835 г. правительство Луи-Филиппа издало законы против свободы печати, Домье пришлось перейти от политической карикатуры к карикатуре на буржуазный быт. Политическая острота его графики от этого не уменьшилась. Всестороннюю критику, которой он подверг буржуазные нравы и мораль, власть денег, тупость мещанства, мрачные комедии суда и фарс академического «салонного» искусства, можно сравнить с разоблачительным анализом «Человеческой комедии» Бальзака. Революция 1848 г. снова превратила Домье в острейшего политического карикатуриста, не знающего ни страха, ни колебаний, непримиримого врага Второй империи.

С конца 40-х годов и вплоть до последних своих дней Домье много работал как живописец, хотя его произведения оставались почти неизвестными современникам, так как выставки были для него наглухо закрыты. Его картины и акварели, полные глубокого сосредоточенного чувства, посвящены суровой жизни простых людей Франции («Бурлак», «Суп», «Вагон III класса»), величию их жизненного пути («Тяжелая ноша»), чистоте их внутреннего мира («Прачка»). В них находят свое выражение и дух народного возмущения («Восстание», «Камилл Демулен призывает народ к восстанию»), и очарование интеллектуальной тонкости французского народа и лучшей части французской интеллигенции («Любитель эстампов», «В мастерской художника»). Домье-живописцу свойственны монументальная цельность и острота восприятия, стремительная сила экспрессии и в то же время тончайшая лирическая нежность.

В 50-е и 60-е годы XIX века некоторые французские художники старшего романтического поколения еще продолжали работать, но в целом романтическое направление после революции 1848 г. уступило место широко развившемуся реализму. Быть может, никогда в истории французского искусства борьба двух лагерей, двух принципиально противоположных художественных культур не была столь обостренной, как в этот период. Художникам, которые воплощали лучшие черты французского народа и его передового искусства, таким как Милле, Курбе, Манэ, Дега, Карпо, Ренуар, противостояла слитная масса бесчисленных дельцов от искусства, любимцев Наполеона III и всей реакционной буржуазии Второй империи. Настоящих, больших художников не допускали на выставки, травили в газетах и журналах; их картины, если они где-нибудь показывались публике, приходилось спасать от зонтиков разъяренных господ и дам.

Дробильщики камня (Ж.Ф.Милле) Жан Франсуа Милле (1814—1875) прославлял в своих эпически-монументальных и полных глубокой жизненной правды картинах французское крестьянство, его тяжелый труд, его моральную силу. Гюстав Курбе (1819—1877) в «Дробильщиках камня» и «Веяльщицах» показал спокойное и уверенное достоинство трудового народа, а в «Похоронах в Орнане» дал неприкрашенно правдивый, безжалостно разоблачительный образ французского буржуазного мещанства.

Именно Курбе впервые употребил слово «реализм» по отношению к живописи, и смысл этого реализма 50 — 70-х годов XIX века заключался в пристальном анализе и справедливой оценке действительного положения вещей в буржуазной Франции того времени. Курбе, художник-демократ, принявший впоследствии участие в Парижской коммуне, выступил с проповедью современного, подлинно демократического искусства. Он с особенной энергией боролся против официального буржуазного искусства, против лицемерного прикрашивания действительности. Начав с романтически взволнованных образов («Портрет Шопена» и др.), он в конце 40-х — начале 50-х годов XIX века создал свои наиболее значительные реалистические работы.

В «Послеобеденном отдыхе в Орнане» и других картинах Курбе придал жанровым сценам ту монументальную значительность, какая считалась раньше подобающей лишь исторической живописи. Важным достижением Курбе была и осязательная, весомая материальность, с которой он умёл передавать явления реального мира. Однако его творчеству не доставало той страстной устремленности в будущее и способности к большим обобщениям, которые составляли наиболее ценную сторону революционного романтизма Жерико, Делакруа и искусства Домье.

Черты романтизма оказались более стойкими во французской скульптуре XIX века. Они сказываются у Жана-Батиста Карпо (1827—1875) в его тонких, одухотворенных портретах или в полных бурной взволнованности и динамики скульптурных группах («Танец», «Четыре страны света») и позднее у крупнейшего французского реалистического скульптора Огюста Родена (1840—1917), первые произведения которого были созданы в 60-х годах.

Если внимание Милле и Курбе было сосредоточено главным образом на жизни французского крестьянства и медлительном бытии провинциальной Франции, то, напротив, мысли и чувства следующего поколения французских реалистических живописцев были посвящены Парижу: Эдуард Манэ (1832—1883), выступивший в конце 50-х годов XIX века, и последовавшие за Ним художники Эдгар Дега (1834—1917) и Огюст Ренуар (1841 — 1919) больше всего увлекались жизнью современного города, его контрастами и противоречиями, его темными и светлыми сторонами.

Эдуард Манэ, умный и тонкий художник, один из блестящих колористов мирового искусства и смелый наблюдатель современной действительности, всю жизнь непримиримо боролся против официального буржуазного искусства. Он пристально и глубоко изучал традицию большого реалистического искусства прошлого: его стиль сформировался на изучении Джорджоне и Тициана, Веласкеса и Хальса, Гойи и Курбе. Но Манэ обращался к опыту старых мастеров для того, чтобы говорить новым языком о своем времени. Он и начал с демонстративного изображения современных людей и событий в композиционной форме великих творений старого искусства. Таковы его «испанские» картины начала 1860-х годов, такова замечательная «Олимпия» (1863 г.), вызвавшая величайшее негодование буржуазных зрителей тем, что Манэ посмел представить простую, совеем обыкновенную современную женщину в позе «Венеры Урбийской» Тициана.

Бар в Фоли-Бержер (Э.Манэ) С середины 60-х годов XIX века Манэ полностью перешел к сценам парижской жизни в серии свободных, дерзко нарушающих все привычные правила, но строго продуманных картин, с удивительной зоркостью передающих правдивую характеристику всевозможных обитателей Парижа: с сочувствием он изображал людей из народа или из круга прогрессивной интеллигенции, с иронией и насмешкой — представителей буржуазной верхушки. Такие его работы 60—70-х годов XIX века, как «Завтрак в ателье», «Чтение», «В лодке», «Аржантейль», «Нана» и т. д., доносят до наших дней живой облик тогдашней Франции, то лукаво насмешливый, почти гротескный, то трогательный и нежный.

Грустной горечью неустроенного и одинокого человеческого существования пронизана его последняя картина — «Бар в Фоли-Бержер», одна из сильнейших страниц в истории французского критического реализма: Свидетель дней Парижской коммуны, Манэ в своих акварелях и литографиях передавал героизм коммунаров, противостоящий зверству версальцев.

Манэ — превосходный портретист, сохранивший нам облик многих замечательных людей Франции; его светлая пленэрная живопись произвела революцию в живописной технике: Эдгар Дега, друг Манэ и верный ученик Энгра, совместил безупречно точное наблюдение обоих со строжайшим рисунком и сверкающим, изысканно красивым колоритом: Он был прекрасным мастером портрета, но под воздействием Манэ перешел к бытовому жанру, изображая в своих картинах всевозможные сцены парижской жизни — уличную толпу, рестораны, скачки, балетных танцовщиц, прачек, грубость и пошлость самодовольных буржуа.

В противоположность светлому и в целом жизнерадостному искусству Манэ творчество Дега окрашено грустью и пессимизмом, а нередко и ожесточенным озлоблением против уродства буржуазной действительности (что нашло свое, быть может, крайнее выражение в поистине ужасающих рисунках к «Дому Телье» Мопассана). И в то же время Дега мог быть нежным и восхищенным зрителем подлинной человеческой красоты («Туалет», «Звезда»), мог с подлинным сочувствием изображать тяжелую, неприглядную жизнь маленьких людей Парижа («Гладильщицы», «Отдых танцовщиц», «Абсент»).

Дега прославился безукоризненно выверенной, но свободно асимметричной, угловатой композицией, своим абсолютным знанием повадок и жестов разных профессий, безжалостно точными психологическими характеристиками.

Последним большим мастером классической поры французского реализма XIX века был Огюст Ренуар. Он односторонне воспринимал современность, любя больше всего писать детские и юношеские образы и мирные сцены парижской жизни — чаще всего жизни простых людей («Зонты», «Мулен де ла Галетт»). С пленительным мастерством передавал он все лучшее, что было в тогдашней французской действительности не замечая ее теневых сторон. Лучшие картины Ренуара созданы им в начале его долгого жизненного пути — в 60—70-е годы XIX века. Впоследствии сближение с импрессионистами увлекло его в сферу чисто созерцательных, а затем декоративных опытов, которые сильно снизили позднее творчество художника.

Музыка Франции в XIX веке
Французская буржуазная революция поставила перед композиторами задачу создания новых, рассчитанных на самые широкие круги слушателей, жанров музыкального искусства. Песни и марши Французской революции, исполнявшиеся во время празднеств, торжественных шествий, траурных церемоний и т. д., отличались простотой и яркостью мелодии, четкостью ритма, а инструментальные произведения — мощью и красочностью оркестровки.

Гениальная «Марсельеза», созданная композитором-любителем Руже де Лилем — лучший образец музыки Французской революции. В оркестровых маршах и песнях Госсека и Мегюля, в операх Керубини и Лесюэра выражен суровый и героический дух революционного искусства.

Важнейшее место во французской музыке начала и середины XIX в. занимают опера, оперетта, балет. Поставленная в Париже в 1829 г. опера Россини «Вильгельм Телль» содействовала развитию французской героико-романтической оперы, в сюжетах которой нередко отражались большие исторические события — народные восстания, религиозные войны и т. п.

Гектор Берлиоз (1803 — 1869) - представитель французской музыки XIX в. Виднейшим представителем французской музыкальной культуры XIX в. является Джакомо Мейербер (1791 — 1864), обладавший замечательным талантом музыканта-драматурга, что обеспечило его операм шумный успех. Лучшая его опера «Гугеноты» (1836 г.) привлекала слушателей драматизмом ситуаций и яркими эффектами музыки.

В эпоху Второй империи героико-романтическая опера уступает место лирической опере и оперетте. Композиторов лирической оперы более всего привлекали психологические переживания героев, а особенно героинь. Так, в опере Шарля Гуно «Фауст» (1859 г.) на первом плане оказался образ любящей и покинутой Маргариты. В жанре лирической оперы работали также Амбруаз Тома, автор «Миньоны», позже — Бизе и Масснэ. Знаменитая опера Бизе «Кармен», не имевшая успеха при первой своей постановке, в наибольшей степени отражала проникновение живых человеческих чувств в оперную музыку, — чувств, превращающих яркую романтику сюжета в реальную психологическую драму.

Крупнейший и наиболее прогрессивный представитель французской музыки середины XIX в. Гектор Берлиоз (1803 — 1869) явился создателем программного симфонизма во Франции.

Программы симфоний Берлиоза иногда заимствовались из литературных произведений («Гарольд в Италии» — по поэме Байрона, «Ромео и Джульетта» Шекспира), иногда создавались самим композитором. В значительнейшем произведении Берлиоза — «Фантастической симфонии» (1830 г.) — воплощен образ романтического героя с его бурными страстями, пылкими надеждами и горькими разочарованиями. В отдельных частях симфонии Берлиоз развертывает разнообразнейшие музыкально-живописные картины от идиллической «сцены в полях» до мрачно гротескного «Шествия на казнь».

Особую выразительность в сочинениях Берлиоза получает оркестр, который композитор обогатил новыми красочными сочетаниями. Некоторые сочинения Берлиоза были откликом на революционные события 1830 г. («Траурно-триумфальная симфония» и «Реквием»). Берлиозом написаны также оперные произведения и драматическая легенда «Осуждение Фауста», близкая по жанру к оратории.

Создателем французской оперетты был Жак Оффенбах (1819 — 1880). В его произведениях осмеивались нравы современного общества, остроумно пародировались типические ситуации и приемы «большой» романтической оперы. Легкость, изящество, мелодическое и особенно ритмическое богатство оперетт Оффенбаха — «Прекрасной Елены», «Орфея в аду», «Герцогини Герольштейнской» — сделали его кумиром парижской публики.

В середине XIX в. наступает новый этап в истории французского балета. Романтические сюжеты и вместе с тем музыка, не только сопровождающая танцы, но и раскрывающая психологические переживания героев, — таковы характерные черты балетов «Жизель» Адольфа Шарля Адана (1803—1856), «Сильвия» Лео Делиба (1836—1891).

ФорексДеньги: Форекс форум для трейдеров

Культура Франции
история развития



Природные ресурсы Франции





Франция:
фотогалереи